Рассказ из первых уст: HRAS публикует отчёт об издевательстве над матросами

0
1311
Фото: HRAS
Фото: HRAS

Если вы хотите стать моряком – отправляйтесь в мореходное училище. Не соблазняйтесь «короткими, но эффективными» курсами подготовки. Выбирая крюинговое агентство, будьте внимательны: потребуйте у менеджера лицензию государственного образца. И никогда, никогда не платите за место на судне – Конвенция о труде в морском судоходстве (MLC 2006) запрещает брать с вас за это деньги. Не нарушайте эти правила – иначе может случиться всякое…

Британская организация Human Rights at Sea (HRAS) обнародовала подробности дела об индийских матросах, подвергшихся эмоциональному и физическому насилию на судне. Рассказанная из первых уст, история пострадавших моряков потрясла морское сообщество и весь остальной мир.

Чудом спасшийся индийский моряк Рамануджам вспоминает, как всё началось. Двадцати семи лет от роду, с женой и ребёнком на руках, он никак не мог найти достойную работу, чтобы их прокормить. Тогда Рамануджам обратился к кузену, который уже год работал в торговом флоте. Кузен предложил съездить в крюинговый офис, который находился в Дханбаде, штат Джаркханд.

В офисе братьев встретил менеджер. Он объяснил Рамануджаму, что перед тем, как попасть на флот, нужно пройти шестимесячную подготовку. Только после этого можно получить место на борту судна. Зарплата сначала будет $500, но через год вырастет до $1000. За место на борту придётся сразу заплатить крюингу 400.000 рупий – чуть больше $6.000. Тогда не пройдет и месяца, как ему подыщут вакансию.

«Я был в ужасе – у меня и близко не было таких денег! – рассказывает Рамануджам. – Но отказаться я не мог – это был мой последний шанс. Я сказал, что пойду домой, посоветуюсь с родными, а потом перезвоню. Дома я поговорил с отцом, и он обещал, что как-нибудь раздобудет деньги».

Шестимесячная подготовка моряков началась 1 апреля 2014 года в Калькутте. По окончании курса, Рамануджам пришёл в офис, отдал деньги и спросил, когда можно будет получить место. Его заверили, что в течение 15 дней всё будет сделано. Но в следующие 15 дней ничего не произошло. Рамануджам ездил в офис снова и снова, пока ему, наконец, не позвонил менеджер. Он сообщил, что вылет на судно назначен на 18 января и попросил срочно подать заявление на визу.

Оказалось, что на Филиппины, в Манилу, где стояло судно, Рамануджам едет с семью другими индийцами из штатов Хариана и Пенджаб. Пообщавшись, молодые люди выяснили, что всем им пришлось ждать несколько месяцев, и все они заплатили за место – но каждый свою цену, которую лично обсудил с менеджером.

«Мы дождаться не могли дня вылета, – вспоминает Рамануджам. – А ещё больше – того дня, когда принесём деньги в семью».

Моряки вылетели из Калькутты 19 января, и уже 20 января, после пересадки в Гонконге, приземлились в Маниле. Там их встретил и разместил в отеле судовой агент. Сбор на судне был назначен на шесть утра 21 января. Когда агент привёл индийцев на борт, они ахнули – это было рыболовное судно, а ведь им обещали совсем другое. Агент сказал, что судно отбывает на Фолклендские острова, плавание продлится месяц, а к работе нужно приступать завтра.

Добравшись до каюты, молодые люди увидели, что она рассчитана на восемь коек, и там уже живут два человека. Познакомившись, моряки решили, что как-нибудь поместятся.

Обеденный звонок раздался в шесть вечера. Сев за стол, матросы обнаружили, что вместо обещанных индийских блюд им подали рис, ещё раз рис, и какое-то мясо. Они спросили, что это за мясо. Кок сказал, что говядина. Как известно, в Индии говядину не едят, поскольку корова считается священным животным. Всё, что индийцы смогли съесть за ужином – это рис с солью и специями.

После побудки в шесть утра, моряки пошли на завтрак, где обнаружили на столе то же, что и вчера. Ночью некоторых из них тошнило от незнакомой пищи. Но и те, кто перенёс её нормально, удивлялись, как они смогут работать, питаясь одним рисом. Индийцы обратились к капитану, чтобы обсудить меню, но услышали лишь «Ешьте, что дают». Потребовав разговора с владельцем компании, моряки получили такую возможность. Владелец сказал, что все проблемы будут решаться уже на Фолклендских островах, а пока что он ничем не может помочь.

«И начался кошмар, – говорит Рамануджам. – Мы ели один рис и очень ослабли. А работать приходилось 18 часов в сутки. Когда от истощения мы не смогли работать, нас избили и насильно накормили мясом. И потом много раз добавляли говядину в рис, чтобы мы волей-неволей её ели. Но мы не могли это есть. Мы просили отправить нас домой, но никто не слушал. Тогда мы попросили компанию хотя бы купить нам билеты в Индию с Фолклендских островов, но они сказали, что на это нет денег».

Индийцы звонили своему агенту с просьбой вернуть их домой. Он ответил, что поможет, если получит от их семей перевод на сумму в 180.000 рупий (≈ $2.700). Но у семей, только что отдавших по 400.000 рупий или больше за место на судне, не было таких денег.

«Мы закричали «Но мы умрём здесь!», – вспоминает Рамануджам. – А он ответил «Ну и что? Получу страховку и передам родственникам, только и всего». И бросил трубку».

В знак протеста индийцы решили перестать работать, но их избили и заставили работать насильно. Один из моряков серьёзно заболел после побоев. Наконец, матросы согласились продолжить работу в надежде добраться в июне до Тайваня и оттуда попасть домой. Нагрузки увеличились до 18-22 часов в сутки и стали просто непереносимы, особенно в условиях недостаточного питания. За невыполнение работы индийцев стали избивать ежедневно. Всех семерых держали раздельно, одного даже отправили на другое судно.

«Там был один офицер – я получал от него тычок или удар каждый раз, как он проходил мимо, – говорит Рамануджам. – Они били всех матросов – вьетнамцев, индонезийцев, китайцев – но эти хотя бы ели всё подряд. А потом… я начал слепнуть от голода».

Кто-то из матросов принёс на судно инфекцию. Когда она распространилась, больные индийцы попросили отослать их в госпиталь. После того, как они обратились с этой просьбой к капитану в десятый или пятнадцатый раз, он перевёл их на другое судно, грузовое, где им сказали, что их рейс в Индию через два дня. Было 20 марта – моряки провели на рыболовном судне 58 дней.

«Но никакого рейса через два дня не было, – рассказывает Рамануджам. – Дни шли за днями, а мы всё ждали и ждали. Никак не могли выздороветь. Я был так слаб, что хотел уже броситься за борт – и дело с концом. Потом вспомнил о семье и не бросился».

На новом судне больных не били, но могли не кормить два-три дня подряд. Наконец, 17 апреля судно достигло Фолклендских островов, и капитан предал индийцев местному офицеру полиции. Офицер выслушал матросов и отвёз в Центр помощи морякам.

«Первым делом нам дали поговорить с семьями, – вспоминает Рамануджам. – Потом отправили в больницу, сказав, что решат вопрос с визами. Всё стало налаживаться, только было очень жаль денег, которые мы отдали за места на судне. Наши семьи влезли в долги ради этих денег – и чем всё закончилось?»

25 апреля моряки вылетели в Индию. Сотрудники центра дали им еду, лекарства, одежду и обувь. Четыре человека – именно столько больных было передано с рыболова на сухогруз – благополучно добрались до дома и воссоединились с семьями. Судьба тех, кто остался на рыболовном судне, выясняется. Маловероятно, что кто-то из моряков получит обратно деньги, уплаченные менеджеру за место на борту.

«Мы ведём расследование – собираем свидетельские показания и другую информацию, – заявляет глава Human Rights at Sea Дэвид Хаммонд. – Но это долгий процесс. Наша организация старается придать как можно более широкую огласку этому случаю. Как только данных будет достаточно, мы привлечём к делу власти и судоходные ассоциации. Виновные будут наказаны».

«Я всегда любил истории о борьбе, – признаётся Рамануджам. – Такие, где герой стойко переносит трудности, противостоит обстоятельствам. Оказавшись на месте героя, я понял, как это страшно. Я молю Бога, чтобы такое ни с кем больше не случилось».