«Мы ложили пальмы кормой»: как украинцы доставили гуманитарный груз в Нигерию

Капитан Николай Деревянченко
Капитан Николай Деревянченко

Николай, капитан хендисайз балкера, рассказал «Работнику моря» о необычном рейсе, во время которого судно совершило невозможное, а команда не знала, что делать: удивляться, бояться или молиться.

csm flag

Этот рейс начался с Монреаля. Я только прибыл на борт и узнал, что судно везет гуманитарный груз, 20 тысяч тонн пшеницы, в два порта Южной Африки: Тема, Гана и Сапеле, Нигерия.

Тогда все знали, что такое Нигерия, Лагос. Но что такое Сапеле? Экипаж почитал в Интернете и перепугался. Говорят, елки-палки, тут такие отзывы про этот Сапеле! Например, идет судно по реке, а из кустов его обстреливают очередями из автоматов. А что сложного, если справа и слева от борта ширина реки по 25 метров, что там стрелять? Там и камнями можно закидать.

Люди были, мягко говоря, недовольны. Судно подготовили тщательно: позаваривали все, что можно было, вплоть до того, что установили решетки на иллюминаторы. В «цитадель» народ уже перед подходом к опасному району снес все, включая личные вещи. Короче, все были «на стенд-бае», боялись захвата судна и людей.

Первый порт Тема Гана оказался очень даже нормальный, тихий и спокойный. Мы там отгрузили десять тысяч тонн пшеницы, хорошо простояли, никаких не было эксцессов, никаких нюансов. Оттуда пошли уже на сам Сапель. Посмотрели по карте, оказалось, что это шесть часов вглубь страны идти: не как в Лагос, в который зашел с моря и сразу же в порт, а конкретно шесть часов по реке.

А маршрут — это полный ужас. Везде мелко, глубины какие-то непонятные, развороты ого-го! Попробовали проложить курс и вбить его в электронку, а она нам выдала: «Я не даю разрешение запустить этот маршрут, потому что вы ввели такие повороты, в которые ваше судно не войдет».

Я начал вызванивать агента, говорю: «Вы видели повороты больше чем на 90 градусов? А ширину канала  80 метров? Как нам там поворачивать, у нас балкер 200 метров длиной, 30 метров шириной?! Подруля нет, ничего нет, только двигатель. Может, у вас там буксиры какие-то есть?». Агент отвечает: «Нет, буксиров нет и не будет, ни в сопровождение, ни на подходе к порту. Все судно делает само. Не переживайте, у вас будет хороший нигерийский лоцман». Вот так вот.

Пришлось нам маршрут просто на GPS запускать, потому что электронка сказала, что мы не сможем повернуть на этих участках. И все. Но мы как-то повернули, мать его туда. Небезопасно, короче. Вот как это было.

Подошли ко входу в реку, встретили лоцмана. Он приехал на таком убитеньком катерочке, но справился со своей задачей хорошо. Еще нужно уточнить, что в Нигерию нас отправил чартер, а судовладелец, греки, очень переживали, как все пройдет, потому как в этом районе были случаи посадки на мель, и суда ударяли о причал. А нам нужно было аж шесть часов идти по этой реке. Поэтому они позвонили нам и сказали: «Дайте лоцману некий бонус, попросите его, чтобы он не сильно спешил, аккуратно маневрировал». Ну, мы так и сделали.

Через два часа после того, как мы зашли в речку, начался самый опасный участок — очень узкий, с крутыми поворотами, с сильным течением реки. Там была осадка около семи метров, а наша —  шесть метров. Лоцман подошел ко мне и сказал: «Капитан, если ты хочешь, чтобы судно нормально прошло, мне самому надо стать на руль». И стал, вел судно четыре часа. Пару раз мы бортом задевали нависающие пальмы. Экипаж в сторонке в основном стоял, тихонько. Только при необходимости помощник давал команды машинному отделению, но лоцман со всем сам справился. Он, конечно, мастерски прорулил туда.

Пришли мы в этот порт Сапеле. Когда швартовались, без эксцессов не обошлось. Получается, на берегу была одна пушка на кормовые шпринги, за пределами терминала, рядом с деревней. Пришли местные жители, мужики, и подняли плакат, что это наша земля, наша пушка, и мы на даем вам разрешения ложить сюда конец. Мы с час стояли в недоумении.

В конце концов выгрузились. Нас встретила иммиграционная служба, а затем подтянулись другие: санитарные власти, марпол, какие-то карантинные власти. Всех приходилось подкармливать: кто-то просил курицу, кто-то — масло. Стояли мы дней семь, и все это время кормили еще человек 20 африканцев. Приходили они к нам на завтрак, обед и ужин, так что хорошо, что мы запаслись одноразовой посудой в Монреале. Повар больше всех была в шоке (смеется).

Экипаж в город, естественно, не ходил. Да некуда было идти, мы стояли где-то в джунглях, там терминальчик был, возле терминальчика — деревня. Естественно, напуганные местные хотели побыстрее сделать оттуда ноги. Поэтому мы организовали круглосуточное патрулирование. Работ, естественно, на судне никаких не проводилось, все были заняты охраной. Патрулировали на корме и по борту судна, проверяли двери и все замки. Настройка вся была опечатана, только одна дверь оставалась открытой. Потому что, ну, не очень хотелось, чтобы кто-то к нам забрался. Тем более, не дай бог кого-то вывезти оттуда.

Пока стояли, каждое утро наблюдали, как африканцы в реке моются. Вода масляная, а они мылом намыливаются и в воду — купаться.  Второй помощник говорит: «Я вообще вчера офигел. Выходит один нужду справить, а другой рядышком сидит, воду зачерпывает, зубы чистит».

Пришло время уже идти назад, взяли на борт второго лоцмана. Предложили мы и ему бонус, он поблагодарил и пообещал, что все сделает в лучшем виде. Когда выходили, увидели танкер, Madonna 2. Запомните его, это важная деталь.

Подошли к тому опасному участку с течением и поворотами. Я попросил лоцмана встать к штурвалу, он отказался. Говорит: «Все будет нормально, не переживай, капитан». Мать его туда, ну ладно, заходим. Судно сносит ужасно. Сделали максимально возможную осадку, шесть метров, чтобы дно не чиркать, а нифига. Подходим к повороту, из-за которого ничего не видно, и тут прямо на нас баржа выходит, тихо, без сигнала, без гудка. Лоцман, естественно, в шоке: «Аааа, ууу, ииии!…», начал на нее ругаться. Ну а что, прижаться к углу мы не могли, оставалось только выворачивать ближе к кромке реки. Я вышел на крыло, смотрю на это дело, и думаю «Сейчас мы здесь как останемся, вот это номер будет».

Так мы начали кормой пальмы ложить. Было, конечно, весело, хруст стоял невероятный. Не дай бог еще раз в такой ситуации оказаться. Благо, ширина судна тридцать пять метров, и сразу пологий склон. Если б камни были, то поцарапали, побили бы все. А так, тьфу-тьфу-тьфу, вылет кормы просто положил эти деревья, там везде вокруг ветки валялись. Когда вернулись, перекрасили весь корпус, потому что он был…  как кошки поцарапали, весь исполосованный деревьями.

Вот так экстремально подошли мы к выходу из этого опасного участка, и тут лоцман говорит, что мы не успеваем на полную воду, чтобы выйти в океан. Поэтому нам надо бросать якорь внутри реки и стоять всю ночь. В пиратском районе Нигерии.

Решили стать на ночлег у какого-то городочка по пути, рядом с ним еще танкер здоровый стоял. Лоцман тогда сказал: «Капитан, будьте осторожны, потому что могут приехать». Выставили на ночь вахту. Народ, естественно, был очень недоволен. Все уже думали, что сейчас вырвемся, и уйдем себе спокойно в океан, но нет.

Слава богу, ночевка прошла спокойно. А утром ко мне подошел лоцман и попросил еще один бонус! Потому как он, видите ли, не один день нас сопровождает, а два. Так из-за него же задержались, в том числе потому, что он к штурвалу стать не захотел! Я сказал тогда: «Ты что, вообще обалдел уже? Из-за тебя мы кормой пальмы ложили, чуть не вылезли на мель, я столько страха натерпелся, и тебе еще бонус? Хватит тебе первого, ты и его еще не отработал».

В общем, вышли за речку. Пора отправлять лоцмана домой, ждем транспорт. Первого привозили на старом катерочке, а за этим пришла самая обычная лодка с навесным мотором. Вообще не знаю, были бы волны посильнее — ее бы легко перевернуло. Значит, догоняет нас эта лодка, у нее глохнет мотор и мы час сбрасываем ход, пока африканец на ней все чинит. Еле отправили лоцмана домой. А через два дня получили сводку, что танкер Madonna 2, о котором я говорил ранее, захватили пираты. Побили все приборы на мостике, чтобы судно не могло связаться с берегом. Часть экипажа успела укрыться в цитадели, а двое человек не добежали, я так понимаю. Их похитили, судьба неизвестна. Матроса и одного из помощников.

Так что мы очень вовремя успели оттуда вырваться. Вот такой вот экстремальный рейс был у меня в 2016 году.